Весной 1944 года, когда советские войска, продолжая гнать врага на запад, вступили на территорию восточной Польши, судьба опытного лётчика-истребителя Ивана Поливанова делает резкий и трагический поворот. В ожесточённом воздушном бою его самолёт подбит, а сам пилот получает тяжёлое ранение, грозящее навсегда лишить его зрения — главного чувства для того, кто привык парить в небе. После долгого лечения в госпитале, где он с трудом отвоёвывает у судьбы возможность видеть, герой сталкивается с новым испытанием: командование, считая его состояние несовместимым с полётами, направляет его на глубокий тыловой объект. Этим объектом оказывается ложный аэродром — хитроумная инженерная конструкция, призванная отвлекать внимание и силы вражеской авиации от реальных взлётных полос, заставляя люфтваффе тратить бомбы на муляжи. Для гордого искателя небесной правды такая служба кажется постыдной ссылкой, однако врождённое чувство долга и аналитический ум берут верх. Прибыв на место, Иван Поливанов с присущей ему лётной дотошностью погружается в, казалось бы, рутинную работу. Он понимает, что от реалистичности этой масштабной декорации зависят жизни его товарищей-фронтовиков и успех наземных операций. Начинается кропотливый труд по совершенствованию бутафорских самолётов, маскировочных сетей и ложных следов техники, превращающийся в своеобразное искусство обмана. Именно здесь, вдали от грохота настоящих сражений, но на острие невидимой битвы умов, герой обретает нечто новое: он находит поддержку и преданность среди таких же, как он, отправленных в тыл сослуживцев, а его сердце оттаивает благодаря встрече с Любовью Весёлкиной. Их чувство, зародившееся среди фанерных «МиГов» и нарисованных взлёток, становится тихим, но мощным символом жизни, продолжающейся вопреки войне. История превращается в глубокое повествование о том, как человек, лишённый привычного неба, находит своё истинное призвание на земле, где его личный фронт проходит через хитрость, терпение и самоотверженность, доказывая, что вклад в победу может быть не менее значимым даже без выстрелов.